В этой квартире в сердце барселонской Грасии сошлось всё, что мы ценим в исторических пространствах: щедрая высота потолков, свет, льющийся из больших окон, и благородная патина времени, которую здесь не стали скрывать — напротив, её бережно раскрыли.
Небольшая перепланировка позволила деликатно адаптировать пространство к современному сценарию жизни, добавив второй санузел, не нарушив при этом исходную архитектурную логику. Основной жест проекта — очищение: стены освободили от слоёв старой штукатурки, обнажив их фактуру, восстановили деревянный потолок, вернув ему первоначальную выразительность.
Инженерная часть была полностью переосмыслена: заменены все коммуникации, установлены новые окна, уложен пол из амбарного дуба — материала с собственной историей, который стал смысловой и тактильной основой интерьера.
Эта же линия продолжена в мебели, выполненной по авторским эскизам из амбарного дуба. Пространство дополняют восковые люстры — почти архаичный, редкий жест, придающий интерьеру лёгкий оттенок мистицизма.
Финальный слой — предметы с прошлым: находки с блошиных рынков и аукционов, которые собирают интерьер в живую, многослойную историю, где каждая деталь звучит.
В этой квартире в сердце барселонской Грасии сошлось всё, что мы ценим в исторических пространствах: щедрая высота потолков, свет, льющийся из больших окон, и благородная патина времени, которую здесь не стали скрывать — напротив, её бережно раскрыли.
Оставить заявку
Небольшая перепланировка позволила деликатно адаптировать пространство к современному сценарию жизни, добавив второй санузел, не нарушив при этом исходную архитектурную логику. Основной жест проекта — очищение: стены освободили от слоёв старой штукатурки, обнажив их фактуру, восстановили деревянный потолок, вернув ему первоначальную выразительность.
Инженерная часть была полностью переосмыслена: заменены все коммуникации, установлены новые окна, уложен пол из амбарного дуба — материала с собственной историей, который стал смысловой и тактильной основой интерьера.
Оставить заявку
Эта же линия продолжена в мебели, выполненной по авторским эскизам из амбарного дуба. Пространство дополняют восковые люстры — почти архаичный, редкий жест, придающий интерьеру лёгкий оттенок мистицизма.
Финальный слой — предметы с прошлым: находки с блошиных рынков и аукционов, которые собирают интерьер в живую, многослойную историю, где каждая деталь звучит.